Пересмотр
Групповая динамика
РЕЗЮМЕ
Мне представляется, что взгляды Фрейда на динамику группы требуют скорее дополнения, чем исправления. Во многих случаях уместной оказывается интерпретация, которая привлекает внимание к поведению в группе, соответствующему реакции на семейную ситуацию. Иными словами, имеется достаточно свидетельств в пользу фрейдовской идеи о том, что семейная группа задаёт базовый образец для всех групп. Если я не делал на этом акцента, то потому, что, на мой взгляд, этого объяснения недостаточно. Я сомневаюсь, что попытка выработать групповой терапевтический метод может быть успешной, если она ограничится исследованием механизмов, происходящих только из этого источника. Более того, я полагаю, что центральное место в групповой динамике занимают более примитивные механизмы, которые Melanie Klein описала как характерные для параноидно-шизоидной и депрессивной позиций. Иными словами, я чувствую — хотя и не хотел бы, исходя из своего ограниченного опыта, доказывать это, — что дело не просто в неполноте освещения, которое даёт открытие Фрейдом семейной группы как прототипа всех групп, а в том, что эта неполнота исключает источник основных эмоциональных влечений группы.
Разумеется, возможно, что это является артефактом, порождённым фрустрацией желания индивида остаться со мной наедине внутри группы. Я не хочу умалять значения этого фактора, но в действительности не считаю, что наблюдавшиеся мною феномены специфичны именно для терапевтической группы. Все группы одновременно стимулируют и фрустрируют составляющих их индивидов, поскольку индивид побуждён искать удовлетворения своих потребностей в группе и в то же время сдерживается в этом стремлении примитивными страхами, которые группа вызывает.
Подытоживая: любая группа индивидов, собравшихся для работы, демонстрирует деятельность рабочей группы, то есть психическое функционирование, направленное на продвижение поставленной задачи. Исследование показывает, что этим целям иногда препятствуют, а иногда, напротив, способствуют эмоциональные влечения неясного происхождения. Определённая связность придаётся этим аномальным психическим проявлениям, если предположить, что в эмоциональном плане группа действует так, как если бы у неё имелись определённые базовые допущения относительно своих целей. Эти базовые допущения, которые, по-видимому, достаточно адекватно описываются тремя формулировками — зависимость, спаривание и борьба или бегство, — при дальнейшем исследовании обнаруживают склонность вытеснять друг друга, как будто в ответ на некий необъяснённый импульс. Более того, они, по-видимому, имеют некоторую общую связь или, возможно, представляют собой различные аспекты друг друга. Дальнейшее исследование показывает, что каждое базовое допущение содержит черты, столь тесно соответствующие крайне примитивным частичным объектам, что рано или поздно высвобождается психотическая тревога, относящаяся к этим примитивным отношениям. Эти тревоги и характерные для них механизмы уже были продемонстрированы в психоанализе Melanie Klein, и её описания хорошо согласуются с эмоциональными состояниями, находящими выход в массовых действиях группы, в поведении, которое приобретает связность, если рассматривать его как результат действия базового допущения. Если подходить к этим феноменам с точки зрения развитой деятельности рабочей группы, базовые допущения выглядят источником эмоциональных влечений, направленных на цели, весьма отличные как от явной задачи группы, так и даже от тех задач, которые представляются уместными в рамках фрейдовского взгляда на группу как основанную на семейной группе. Но если подходить к ним с точки зрения психотической тревоги, связанной с фантазиями примитивных отношений частичных объектов, описанных Melanie Klein и её сотрудниками, феномены базовых допущений оказываются в гораздо большей степени сходными с защитными реакциями на психотическую тревогу и не столько противоречат взглядам Фрейда, сколько дополняют их. По моему мнению, необходимо прорабатывать как напряжения, относящиеся к семейным моделям, так и ещё более примитивные тревоги, связанные с отношениями частичных объектов. Более того, я считаю последние конечным источником всякого группового поведения.
Если признать, что попытка создать групповой терапевтический метод для лечения индивида заслуживает внимания, психоаналитикам следовало бы подыскать для него новое название. Я не вижу научного основания называть работу такого рода, какую я пытался осуществить, психоанализом — свои причины я уже изложил (стр. 178–182). Помимо этого, существует хорошо известный факт, что горький опыт научил нас: сопротивление бессознательному может быть столь тонким, что оно искажает аналитические результаты и переинтерпретирует их в поддержку личной защиты (Jones, 1952); поэтому термин «психоанализ» должен и впредь применяться, насколько мы в состоянии это контролировать, к фундаментальным принципам психоанализа. Остаётся вопрос о том, какую терапевтическую ценность следует приписать описываемой мною процедуре. Я не думаю, что время для окончательного суждения уже пришло, и полагаю, что здесь может быть место для исследований, проводимых полностью квалифицированными психоаналитиками, возможно, с группами, состоящими из индивидов, которые проходят или уже прошли психоанализ.
В качестве описания групповой динамики каждый может сам решить, придают ли предложенные мною теории смысл тем феноменам, которые он как член группы наблюдает в ходе своей повседневной жизни.