В первый раз

Встреча группы подходила к концу. И в целом это была хорошая встреча, с одной стороны простая и понятная, с другой надежная, как автомат Калашникова. Участники познакомились, поделились мотивами прихода, что-то уже сказали друг другу.

«Хорошая завязка, но как бы еще включить в работу Ивана?», — думал терапевт: «Иван, вы сегодня всю встречу молчите. Может, хотя бы пару фраз о том, что хоть немного затронуло из происходящего?»

Иван, смотрел в окошко, на облака, казался задумчивым. А внутри панически размышлял: «Так, кажется он что-то подозревает. Ну конечно, он же должен людей насквозь видеть. Он точно знает, но даёт мне возможность признаться. А вдруг он не знает, а просто подозревает?»

Наконец, решившись, шмыгнул носом и начал говорить: «... сегодня... я вспомнил... как брат привязывал меня к стулу...»

Терапевт глянул на часы, обеспокоенно почесал нос: «Иван, у нас, к сожалению, вышло время на сегодня. Но мне кажется важно продолжить эту историю в следующий раз». И, чуть помедлив, встал с кресла.

— Как прошло?

Он подумал: «Как же ему про это рассказать? Наверное, разозлится, что я вспомнил эту историю. Может, опять что-нибудь плохое начнется».

— Нормально. Посидел, послушал, люди что-то говорили, даже не запомнил ничего.

Следующую встречу группы терапевт начал привычными словами: «Добрый день. Есть ли что-то, что нам важно обсудить сегодня?»

«Ваня в прошлый раз начал рассказывать историю. Мне это знакомо. И я бы хотела дослушать до конца», — включилась Маша.

Остальные участники согласно кивнули.

— Да, Вань давай. Мы хотим это слышать.

«Что же такое было в прошлый раз? Блин, так и знал, что плохая идея», — подумал Иван.

— Знаете, обычная наверное история. Мы с братом часто одни оставались, родители на работе, сами знаете — время было непростое. И мне приходилось за ним смотреть, я с детства серьезный был. Играли, разговаривали, но он же непоседа был, на минутку одного не оставишь. Но иногда же в туалет надо, и чтобы он ничего не натворил, порой привязывал его к стулу.

Маша воскликнула: «Подожди, так ты в прошлый раз начал, что это он тебя привязывал».

Иван, напрягся еще сильнее: «Так, а что же было? Что же могло быть? Держимся. Прорвемся...»

— Ну нет, просто оговорился, растерялся я прошлый раз. Я ж очень заботливый был. Берёг его, брат же, единственный.

Колеблясь, терапевт произносит: «В прошлый раз нам пришлось прерваться и мы услышали только одну фразу. Давайте сегодня продолжим. Ведь у многих здесь есть братья и сёстры. И то, какие у нас были отношения повлияло на то, какими мы стали»

— Да, я был очень заботливый. Помню, конфеты для него делал.

Эта история, рассказанная в деталях, затронула многих участников, она казалась трогательной и это было тем, чего не хватило им в отношениях с братьями и сестрами.

Терапевт был удовлетворен, ох, как же хорошо иногда бывает, и подвел итог встречи: «Сегодня мы услышали впечатлившую многих из вас историю. И, хотя мы часто бываем лишены заботы от близких, сам факт того, что в мире так бывает, свидетелями чего вы сегодня стали, может быть исцеляющим».

Возвращаясь домой после встречи Иван, неожиданно для себя стал вспоминать. Может, действительно что-то не то с Колей делал? Ну так я ж по-братски, чтобы нормальным вырос, а не нюней какой-нибудь.

Но эти-то рассказывали какие-то жутковатые истории. Ну а я-то не так. Я же точно не так.

Ну да, привязывал, а он мне в комп мешал играть. А так я наушники одел — да и норм. Ну и конфеты... А что, конфеты, смешно же было, когда гудрон расплавил, с сахаром перемешал, а потом в обёртку завернул и говорю: «Хочешь жвачку мега-дарк, ни у кого такой нет?» Ну такие прикольные зубы у него потом были. Ржака.

А может это как-то и правда не нормально было? Да ну, это все их психологическая муть. А может?

И, похоже, это был первый проблеск осознания в его жизни.

— Так вот, брат меня привязывал к стулу и уходил играть в комп.

Маша, резко взмахнув руками: «В смысле? Ты же сказал, что ты привязывал брата, чтобы хотя бы в туалет сходить. Ну и про конфеты...»

— Ах да, конфеты, точно. Да, он меня ими кормил... Ты пробовала гудрон с сахаром? А мне вот довелось.

Терапевт побледнел, лихорадочно размышляя: «Упс, как же я его в группу пропустил... Что делать?»

Неожиданно раздался громкий стук, дверь открылась и в кабинет вошел Иван.

Вначале было слово.

— Слушай, Коль, у меня тут проблема нарисовалась. Жена требует, чтобы я в группу пошёл, к психологу, говорит, что проблемы у нас. А у нас нормально все. А там же все больные на голову. А она, как с цепи сорвалась. А ещё, прикинь — раз в неделю нужно ходить. А может, по очереди? Помнишь, как на права сдавали?

— Ну, только ради того, что ты брат. Но, платишь ты, Ваня.