Гештальт-лекторий

Лекция из Гештальт-Лектория:

66. Борисова Галина. Лекция 6.1 Нэнси МакВильямс об уровнях функционирования личности и её структуре.

О тексте

Данный текст является «сырой» транскрибированной версией данного аудио. Создан с использованием автоматизированных инструментов расшифровки, поэтому возможны неточности и ошибки. Текст предназначен исключительно для общего ознакомления с содержанием аудиозаписи и не заменяет оригинальное выступление. Обработанную с помощью ИИ лекцию вы можете прочитать по ссылке

66. Борисова Галина. Лекция 6.1 Нэнси МакВильямс об уровнях функционирования личности и её структуре.

В те времена Вакуум, например, был наполнен эфиром. Была еще такая таинственная субстанция флогистон. Не помню, что делала таинственная субстанция флогистон, но она тоже пронизывала вселенную. Идея всяческих энергий была близка человечеству, поэтому Фрейд тоже постулировал наличие жизненной энергии, которую он назвал словом «вида». И далее он рассказывал о том, что эта либида по мере развития ребенка фиксируется в разных эрагенных зонах. К эрагенным зонам он относил рот, анус, гениталии. И в течение развития ребенка эта таинственная энергия либида фиксируется в разных эрагенных зонах, и ребенок получает удовлетворение от раздражения этих эрагенных зон путем сосания, какание или наоборот удержание какашек. В зависимости от того, на каком этапе развития с ребенком неправильно обращаюсь, у него образуется какая-то фиксация, и дальнейшее развитие делается таким не совсем правильным. У меня обнавливаем характер оральный зависимый, анальный упрямый или фаллический, то есть такой бы истерический характер. И в общем это все было, конечно, революционно, все это было хорошо. Были люди, которые предполагали, что помимо этого бывает что-нибудь еще. Надо сказать, что вообще объяснения, которые Фрейз привел к наблюдаемой феноменологии, они были, конечно, очень революционны, но, на мой взгляд, несколько такими, как вам сказать, фантастическими. Потому что, например, идея формирования упрямого характера, анального, мелочного, сварливого, упрямого характера при неправильном приучении к горшку, это, конечно, прекрасная идея. Но не очень понятно, почему она так совсем связана с фиксацией либидинозной энергии в районе ануса. Потому что, на мой взгляд, для того чтобы как-то сформировать характер ребенка при учении к горшку, родителям надо прикладывать специальные усилия. То есть это родители, на самом деле, должны быть упрямыми, мелочными, скрупулезными, скандальными и сильно фиксированными на проблемах правильного какания. Поэтому, в общем, не очень понятно, где здесь причина, где здесь следствие, каким образом это для Фрейда связалось именно так. Но вообще я так думала, что это тоже что-то не так про универсальные законы устройства человеческой психики, как лично про господина Фрейда. Я не одна так думаю, как многие. Но в общем, мир того, как развивалась психоаналитическая история, появились разнообразные наблюдения, которые позволили психоаналитикам сконцентрироваться не так на собственно драйвах или инстинктах, как на каких-то других проявлениях психической жизни. Что касается сами концепции, я про это рассказывала. Инстинкты, они расположены в инстинкте. Энергия ИД, она является тем, что движет человеческую жизнь. ИД это биологические силы, биологические потребности, которые заставляют человеческую жизнь уходить. И ИД подчиняется принципу удовольствия. Я хочу все прямо сейчас, независимо от того, насколько совместимы друг с другом те желания, которые я испытываю. Постепенно формируется эго, которое подчинено принципу реальности. И руководствуется принципом, некоторые желания могут быть исполнены сейчас, некоторые отложены, а некоторые достаточно хороши, чтобы ждать их осуществления долго. И есть еще одна инстанция суперэго, которая является хранилищем моральных норм, правил, ценностей, поведенческих установок. И во времена Фрейда основной конфликт, который он наблюдал у своих пациентов, это был конфликт между подавленными стремлениями ИД и критичным и строгим суперэго, которое не позволяло реализовывать желания и потребности ИД. Поэтому в его времена основной задачей при психоаналитическом лечении пациентов было смягчение слишком строгого суперэго и позволение реализовывать какие-то из устремлений ИД. И внимание психоаналитика сместилось с инстинктов драйвов на те способы защиты, которые использует эго для снижения тревоги. Первоначально Фрейд предполагал, что тревога рождается из того, что защиты работают непродуктивно. То есть какие-то внутренние механизмы, которые препятствуют проникновению стремлений ИД в сознание, они работают неэффективно и именно это образует тревогу, которую ощущает эго. В какое-то время Фрейд решил, что все на самом деле наоборот. На самом деле тревога является частью человеческого существования и она успешно подавляется защитами или ощущается в том случае, если защиты работают неэффективно. То есть защиты порождают тревогу, неэффективные защиты порождают тревогу, а тревога просто является частью человеческого существования и она не ощущается в том случае, если защиты эффективны. Если неэффективны, тогда она ощущается. И тогда начался следующий этап развития психоанализа, когда основное внимание было сконцентрировано на исследовании защиты. Это раздел психоанализа, который называется эго-психологией, поскольку считается, что защиты принадлежат эго. И дальше я в прошлый раз по-моему немножко про это рассказывала. Я рассказывала о том, что защиты делятся на примитивные, первичные и зрелые, то есть вторичные. Примитивным защитам относятся защиты, которые разделяют внешнюю и внутреннюю реальность. Зрелым защитам относятся защиты, которые функционируют внутренне и которые разделяют внутреннюю реальность, то есть отделяют внутренние структуры друг от друга. Что я еще в прошлый раз рассказывала? Я не рассказывала про примитивные защиты, про то, как они действительно хороши. Примитивные защиты дозербальные, очень плохо поддаются осознаванию, они очень мощные и работают абсолютно автоматически. Кроме того, для психотерапевта примитивные защиты тоже плохо наблюдаемы и тоже плохо осознаваемы. Я имею в виду примитивные защиты клиента и являются заразающими. На прошлой неделе на импровизорской группе одна из участниц, такого случая, про своего клиента рассказывала, это был интересный такой случай, а самое интересное было то, как она об этом рассказывала. Вот она приняла клиента вечером часов в пять и дальше она думала о ней всю дорогу домой. Приехав домой, она полезла в интернет и стала там рыться. Долго рылась, ничего особо не нарыла, легла спать. Долго не могла заснуть, потому что все время о ней думала. С утра опять же проснулась ни свет ни заря с мыслями о ней. Принялась дальше копаться в интернете. И прископавшись на интернетовскую группу в двух часах, очень возбужденная, стала о ней рассказывать. Ей уступили всякое место. Она рассказывала первой. Группа тоже очень увлеклась в это все. Очень. То есть группа оживилась, все слушали, потом комментировали, потом высказывали предположения. Потом, когда уже давно время на этот случай кончился, все время норовили вернуться и продолжить обсуждение этого случая. О чем на самом деле рассказывала участница группы? Она рассказывала о случае одержимости идеей. Она рассказывала о случае одержимости. Это же не психотическое, она в своем уме клиентка. Но это место, где расположена эта идея, оно такое психотическое, первичное. Первичное мышление магическое, дологическое. Там нет никакой логики. И самое главное, что ее в логическом разобеждать совершенно бессмысленно. Потому что она же знает, как это устроено. Вот эта магия, она же в нее работает именно так. И вот эти образования психические, они являются необыкновенно заразными. То есть терапевт в это втягивается на раз. И более того, даже мы, которые не видели эту клиентку, втянулись в этот рассказ, в эти переживания за здорово живешь. Прямо на раз. Поэтому для терапевта каждый раз, когда вы... Когда вы в процессе работы с клиентом внезапно понимаете, что вы как-то полностью разделяете его реальность, как-то вы очень сильно включились в его чувства, и как-то вам все понятно, и вы полны энтузиазма, вы вместе надо всегда притормаживать, притормаживать и говорить, что вас вообще ничего не отвлекало, потому что это, скорее всего, вы попали в зону действия какой-то примитивной защиты, и вам хорошо бы сделать шаг назад и выйти из слияния с клиентом и попытаться понять, что здесь происходит и о какой примитивной защите в данный момент идет речь. Потому что, скорее всего, вы можете разделять его реальность не обязательно на его стороне, потому что на самом деле, если вам в полном объеме предъявляют проективную идентификацию, вот, когда вы сидите в такой брак страшный и всем про вас известно, что вы страшный брак, желаете клиенту-клиентке только худого и ничего более, и более того, вообще вы уже испытываете зловесть немереную в этом месте и острое желание удавить клиента прямо здесь, чтобы он не мучился, то это, скорее всего, тоже действие проективной идентификации. И это, скорее всего, оно родное. И в этом месте тоже надо говорить себе свят-свят-свят, что у меня нечистая сила, это вот что-то такое. Понять, что здесь происходит, во что именно вас втягивают и что вам с этим делать дальше. Хотела бы отметить, что высококачественные вторичные вышлые защиты, они на самом деле тоже не хуже в повседневной работе. Потому что вот тут на днях я наблюдала работу терапевта с клиентом. Клиент, будучи человеком, прошедшим полпути, не считая, он все про себя знает. И рассказывает терапевту о себе много подробно. А я, значит, наблюдаю группу, которая сидит вокруг. Группа чешется, раскидывает, ложится спать. Причем двое просто заснули реально. Просто вот полегли на полигон и поснули. Остальные погрузились в телефон. Одна пошла поговорить по телефону на балконе. Остальные чешутся, страдают, мучаются. Потом погрузились в транс. Работа закончилась, спрашивают группу, ваше чувство, пожалуйста. Группа предъявляет слабое сочувствие клиенту. Большое количество раздражения на терапевта. Одна участница группы рассказывает о нестерпимой тошноте, которая у нее по сей час вот тут вот стоит. И прямо деть ее некуда. И я, значит, начинаю у нее, спрашиваю, поскольку это какое-то наиболее яркое переживание в группе, я именно у нее начинаю спрашивать, не могла бы она как-то привязать эту тошноту к чему-нибудь. Она говорит, не знаю. Я спрашиваю, ну так, в общем, вот основное переживание, которое было тут, двое. Одна говорила по телефону на балконе, остальные мучились, одну тошнило. Это, граждане, все было о чем? О непереносимости. Это была непереносимость. И, значит, я пытаюсь эту непереносимость как-то привязать к происходившему в сессии. Чего было непереносимости? Вот, между прочим, в группе сидело довольно много очень прилично обученных и хорошо работающих, ну я видела, как они работают, людей. То есть там не сидят студенты первой ступени после двух сессий. Там вообще сидит народ постарше. И, кстати, они работают очень неплохо. Но, опять же, сказать в данный момент никто ничего не может. Значит, вот с чем это связано? Что происходило в сессии? Я уже сказала, да? Он все про себя знает. Все про себя подробно рассказывает про то, что он про себя знает. Он интерпретирует, например. Это, граждане, какая защита? Рационализация, интеллектуализация. Да, это высшая защита. Но они точно так же, если терапевт этого не осознает, если он почему-то это слушает, как первичный текст о переживании, то это так же неостановимо. И терапевт в это точно так же втягивается. И это точно так же является очень серьезным препятствием в работе. Понимаете, о чем я говорю? Я говорю о том, что на самом деле в том случае, если мы не держим все время в голове вот этот прекрасный список и не прислушиваемся внутри себя к тому, вот куда к этому списку мы можем отнести происходящее, то мы точно так же легко и непринужденно втянемся в происходящее безо всякой возможности терапевтического вмешательства. Да, то есть это означает, что на самом деле сессия пролетает мимо нас. То есть вот сидит тут клиент, говорит он чего-то, мы его слушаем, головой киваем, и все это мимо денег. То есть надо хорошо понимать, что вообще любая эффективная защита, она затягивает. То есть защита, которая настроена на чем-то очень болезненным для клиента, она норовит втянуть терапевта точно так же. Поэтому очень важно вот этот список держать перед собой. И, граждане, в связи с этим, опять же, я говорила о контрпереносе. Говорила я про контрперенос? Говорила, что расскажете сегодня. А, говорила, что я расскажу про это сегодня. Значит, вот мы помним, что такое перенос. Перенос это некоторые чувства, которые клиент испытывает ко мне терапевту, как на подоне, как к какому-то объекту из своей нереальной жизни. То есть есть у него в жизни какой-то человек, и то взаимодействие, которое строится между нами, напоминает ему какие-то отношения с его реальной жизнью. И тогда чувства, которые у него имеются к тому человеку из жизни, они будут как-то так вот прорисованы к нам, будут переживаться относительно нас и предъявляться нам в большом количестве. У меня была клиентка, которая часто мне говорила, как ты похожа на мою маму. Как ты похожа на мою маму. Ты так похожа на мою маму. Я, может быть, могла бы быть похожа на ее маму, если бы я была лет на 20-25 постарше. Потому что клиентка была примерно моих лет, разница между нами была года 3-4. Вот. Но я была очень похожа на ее маму, особенно тем, что я вяжу. Вот это была такая очень серьезная схожесть между нами. И поэтому ее способы обращения со мной, они были очень прикольные. Она все время пыталась вызвать во мне то же самое, что она всегда получала от мамы. Мама у нее была женщина грубая, скандальная, склонная непрерывно ее обсуждать и рассказывать ей, как она все делает не так, в принципе, и не может ничего сделать так. А это маме в тот день и показывала, что она права, а не мама. Что вот именно она все делает так, и именно мама не права, когда рассказывают ей, как она не права. Поскольку я вообще, имея с ней дело, никак же не собиралась оценивать правильность или неправильность, правоту или неправоту ее, то в общем получить от меня рассказы о том, как она не права, и крики по этому поводу было очень сложно. Но вот она все время каким-то образом пыталась что-то из-под меня получить, потому что вот этот способ строить отношения. Она и с другими людьми так строит отношения, как вы понимаете. И когда у меня этого получить не удавалось, она мне рассказывала о том, как я холодна и отморожена. И вообще он прям как неживой человек. Я прям неживой человек. Вот. Это что такое перенос? Хороший, понятный пример? Что такое контрперенос? А контрперенос это то, что чувствую я в момент работы. И контрперенос бывает двух сортов. Конкордантный и дискардантный. То есть совпадающий и несовпадающий. Что такое совпадающий контрперенос? Это когда я идентифицируюсь с клиентом и переживаю то же самое, что переживает в своем рассказе клиент. Вот рассказывает клиент мне какую-то жалостную историю. И я прям чуть ли не плачу. Клиент плачет, я чуть ли не плачу. Жалко мне его ужасно. И прям весь я представляю, как вот он, она бедная-бедная. И я бы тоже на его месте. Это совпадающий перенос. И несовпадающий перенос. Когда рассказывает мне клиент или клиентка о какой бедной и несчастной. Я сижу и испытываю какие-то совершенно другие чувства. Например, острое желание задушить его. Вот так сильно. Зловещий какой-нибудь. Или, например, испуг. Или погрузаюсь в какие-то такие, знаете, внезапные рассуды. Для меня это нехарактерно. Я перестала, например, слушать клиента. Я клиента Вообще, это прикольная такая штука. На самом деле, я не знаю, обращали ли вы на это внимание, но мы... Я не поняла еще раз, что вы говорите. То, что вот... Вот когда я отвлекаюсь от съездия, да, и мысли мои куда-то уходят, на самом деле, это воспроизводится какая-то ситуация в его жизни. В его жизни довольно часто бывает такое, когда он говорит, а его просто не слушают. Более того, вот я когда про это поняла, вот я когда сообразила в какой-то момент, что вот это оно, да, я стала обращать на это внимание. Я стала внимательно слушать, что же мне в этот момент рассказывают. Довольно часто мне в этот момент рассказывают историю, которую я от этого клиента уже слушала пять раз, семь раз, восемь раз. Причем мне ее пятый раз рассказывают подробно, объясняя, кто есть каждый из персонажей в этой истории. То есть совершенно понятно, что человек не предполагает, что я все предыдущие истории слышала и хоть что-то из этого запомнила. То есть, скорее всего, в его жизни это обычная вещь. Когда он пытается донести, а это никому не надо. И тогда он мне тоже будет каждую историю рассказывать по многу раз. И я в этот момент буду переживать вот эту самую нестерпимую штуку, например. Или раздражение по ссылку, эта история повторяется и повторяется. Понятно про контрперенос? Это контрперенос, это мои чувства. Но они, как правило, имеют непосредственное отношение к жизни клиента там, за пределами терапевтического пространства. В этот момент я идентифицируюсь с каким-то персонажем из жизни клиента там. И надо сказать, это много дает процессу психотерапии. Потому что когда... Если я правильно помню, у Мобилина в том числе это совпадающий перенос. Когда я испытываю примерно то же, что клиент, он свидетельствует о более высоком уровне его развития. А если я идентифицируюсь с каким-то человеком, который его не слушает или ругает, тогда вроде бы... Нет, там у Мобилина нет этого. Я этого не помню. У Мобилина нет этого. У Мобилина есть другое. У него вводную по поводу ощущения. Нет, понимаешь, на самом деле это скорее зависит от того, как на самом деле устроено взаимодействие между нами, между мной и клиентом. Каким образом устроено взаимодействие? Кем я являюсь для него в данный момент? Какая я для него в данный момент переписка? Это функция не только его переноса, но, конечно, это зависит и от моей возможности включиться в ситуацию. Какими частями я могу включиться? Потому что, например, поскольку у меня очень малоразвитая жертвенная часть, я плохо предназначена для того, чтобы быть жертвой. То, когда мне человек рассказывает о своей жертвенности, мне к этому подключиться очень сложно. Это такая часть переживаний, которая мне очень мала. Я в этой ситуации буду скорее либо наблюдателем, либо я буду готова занять место преследователя и злиться на жертву за ее жертвенность. Я полагаю, что контрперенос – это не только функция ситуации, только функция переноса, который на нас делает клиент. Это вообще довольно сложное образование, в котором я участвую лично. И на самом деле контрперенос – это очень важный терапевтический фактор. Потому что довольно часто бывают терапевтические ситуации, в которых я, правда, ничего не понимаю про клиента. Я ничего не понимаю про клиента. Он, конечно, говорит по-русски, и слова вроде я понимаю. Я понимаю слова, которые он произносит. Но это как-то у меня с моей концепцией вселенной богосочетаемо. Я плохо понимаю, о чем он мне рассказывает. И клиент не всегда может мне пояснить, о чем он мне рассказывает. Нет, конечно, хорошо, если у клиента имеется наблюдающий эго. Не только чувствующий, переживающий эго, но имеется наблюдающий эго. То есть у него имеется рефлексия, способность наблюдать за самим собой и осознавать эти наблюдения. Понимать, что с ним происходит. Между прочим, можно встретить взрослых, хорошо образованных, довольно интеллектуальных людей, не имеющих наблюдающего эго. Когда я впервые с таким столкнулась, я была потрясена. У меня была клиентка, кандидат наук, не имеющая наблюдающего эго. Вообще. Она была очень непосредственная. Все ее переживания были абсолютно естественными, абсолютно эгосинтонными. Ничего из того, что она переживала, не воспринималось ею как одна из возможностей. Нет, вот я могу злиться до безумия в этой конкретной ситуации. Но в принципе я знаю, что я могу и не злиться. Я могу по-разному отнестись к одному и тому же. Я понимаю, что я злюсь. Я могу задать себе такой вопрос. У меня имеется рефлексия по поводу самой себя. Я признаю за собой ответственность за собственные чувства. Ну то есть это я на самом деле разозлилась. Нет, кто-то что-то сказал. Я разозлилась на него. Но это я разозлилась. И я признаю мою ответственность за это. Нет, нет. Ничего такого у нее не было. Все ее реакции были абсолютно естественными. Однозначными. Не было никаких вариантов. Как ребенок. Как дитя. У нее не было наблюдающего эго совсем. Я когда это осознала, я была потрясена. Потому что ей было на тот момент 36 лет. И дальше я с ней работала много лет. И за это время у нее сформировались, знаете, такие жалкие зачатки наблюдающего эго. Которые полностью отключались, теряли сознание. Всякий раз, когда ситуация бывала какой-то такой очень эмоциональной. То есть вот сильные эмоции это несчастные наблюдающие эго надевали сразу. Оно сразу теряло сознание и переставало осознавать чувства него. Все. Ноль. Да, эмоции происходили. Они были всегда совершенно естественными. То есть вот так, только так и никак иначе. И самое главное, вот при отсутствии наблюдающего эго у человека отсутствует вот это представление о том, что он несет ответственность за собственные чувства. Все ее переживания, они всегда были спровоцированы другими людьми. Только кто-то другое. То есть она была абсолютно реактивная. То есть вот про активность вообще никак не было. Она была абсолютно реактивная. Все происходившее с нею, оно всегда вызывалось другими людьми. Это, граждане, потрясающе. На самом деле обнаружить такую психотерапию удается нечасто. Мы нечасто с таким сталкиваемся. Но когда мы такое обнаруживаем, мы должны понимать, что это франклин. И это такая психотерапевтическая работа надолго. Потому что все происходящие внутренние, с этим человеком внутренние события являются синтонными. То есть вот вселенная устроена так, только так, никак не иначе. Вообще. Она не бывает устроена иначе. Она устроена так. И все, что происходит внутри, это совершенно естественно. И возможность того, что другие люди устроены как-то иначе. И события внутри них могут как-то отличаться от того, что происходит с нею. Это недоступная идея. И вот эта идея потом выносится в голову на протяжении долгих лет. Вот есть клиент, к вам ходят долгие годы. Долгие годы. Вот я, например, вносила в голову клиентке долгие годы идею о том, что совершенно не обязательно выражение лица ее начальника, когда она шла мимо него по коридору, связано с нею. С высокой степенью вероятности. Он ее даже не заметил. Она не центр вселенной. То есть это абсолютно детская такая эгоцентричная позиция. То есть вот она не центр вселенной. Он прошел мимо нее, ничего не заметив. Может быть вот это недовольное лицо, это не потому что она вчера совершила какую-то ошибку. Или ему сегодня с утра на пяти минутке на нее наябедничали врачи другого отделения. Не обязательно поэтому. Вполне возможно, она же влюблена с утра. Он попытался что-нибудь сделать, а у него не получилось. То есть вот я выносила до ее сознания это долгие годы. Потом я стала выносить до ее сознания следующее, что люди не обязаны о ней заботиться. Вот график, который составляется на месяц. Он может быть крайне неудобным для нее. И это связано ни с тем, что люди ее ненавидят. Это связано с тем, что люди сделали график под себя, чтобы им было удобно. А на нее им просто насрать. И это нормально. Потому что было бы странно, если бы они все ночью позаботились бы о ее интересах. Я эту мысль вносила в нее 6 лет. Слушай, но это получается чисто как дети, да? Да. Для ребенка это естественный процесс. Да. Она была очень сильно пограничная параноидная. Очень сильно. Такая параноидная-пара

Приглашаю присоединиться к моему каналу «Заметки группового терапевта» в Телеграм или MAX

Получить мою
консультацию