Гештальт-лекторий

Лекция из Гештальт-Лектория:

54. Борисова Галина. Лекция 1.2 О практичности и пользе хороших теорий.

О тексте

Данный текст является «сырой» транскрибированной версией данного аудио. Создан с использованием автоматизированных инструментов расшифровки, поэтому возможны неточности и ошибки. Текст предназначен исключительно для общего ознакомления с содержанием аудиозаписи и не заменяет оригинальное выступление. Обработанную с помощью ИИ лекцию вы можете прочитать по ссылке

54. Борисова Галина. Лекция 1.2 О практичности и пользе хороших теорий.

нужно понимать только человеческую тему, а понимает биологическую часть. Это правильно должно всякий из нас является существованием тела. Мы все время думаем о себе, что мы существовали персонально и психологически. И очень скромно гордиться своей человеческой частью, все время пытаясь игнорировать биологическую часть. Но мысли мы короче по примерам будут приходить, вам приходят и приходили. С очень психологические запросы. Они хотят разобраться, какие психологические причины вызывают то или это. Вот, например, ребенок, который... Вам рассказывают про ребенка, который на месте не усидит, который плохо учится, у которого ни памяти, ни внимания. И наверняка граждане это какие-то психологические причины все это вызывают. Поскольку я довольно долгое время проработала в психосомсере и читала там карточки. То есть вот всякий взрослый приходит обязательно с карточкой, и ребенка я тоже без карточки смотреть не стала. Поэтому прежде чем начинать осмотр, я читаю карточку. И вы понимаете, вот жалобы такие психологические. Ребенок не усидчивый, внимания у него плохое, памяти у него не хватает. Открываем карточку, читаем. Родился с фиксацией. До года трижды переболел пневмонией, лежал в больнице, кололи антибиотики. В возрасте двух с половиной лет после какой-то там прививки перенес... Там поднялась очень высокая температура, перенес то ли какую-то инфекцию, то ли какую-то аллергическую реакцию, прививку, черт его знает. И тогда граждане, я например совершенно точно знаю, что проблематика не имеет психологического характера. Проблематика имеет органический характер. И никакие занятия с психологом, лепка, рисование, хождение в детские долгие, в данном случае не имеет смысла. В первую очередь этого ребенка вообще хорошо бы полечить. Хорошо бы его проконсультировать у непатолога, у аллерголога, у приличного педиатра. Посмотреть вообще, чего у него с костями, рахитом. Назначить адекватное лечение. И только после назначения адекватного лечения имеет смысл психологическая коррекция затруднений. Потому что никакой психологической коррекции затруднений невозможно произвести, не пролечив предварительно какие-то органические нарушения. То есть мы люди существа телесные. Вот приходит к вам рыдающая клиентка и рассказывает о том, что муж в последнее время разлюбил ее. Явно собирается ее бросить и так далее в том же духе. А скажем еще две недели тому назад до перерыва в терапии. Он ее бросать не собирался, не разлюблял и ходила она к вам по совершенно другому поводу. И тогда вообще неплохо бы выяснить, что у нее с самочувствием. Потому что наверняка выяснится, что за эти две недели, что вы ее не видали, был у нее грипп с высокой температурой или ангина с такой же высокой температурой или еще что-нибудь такое же прекрасное. И вот эта психологическая проблематика, которую она вам так душевно описывает, связана исключительно со стыней после заболевания. Ну, понятное, что я говорю, да? Я говорю о том, что люди существа физические, телесные, паркни, то есть мы твари в том смысле, что мы физически сотворены. У нас имеется физическое тело. И наше психологическое состояние зависит от нашего телесного состояния очень сильно. Все присутствующие здесь мужчины наверняка знают, что когда они голодны, они легко сердятся. А женщины, когда голодны, они не плаксивы. Они тоже сердятся, но сил их нет, поэтому они скорее плаксивы. Ну, есть тут есть женщины, которые во время отрения предпринимают похудельные попытки, то они знают, что как только садишься на диету, сразу, во-первых, все время плакать хочется, во-вторых, люди кругом сволочи, и муж, наверное, разлюбить, если он есть. Это, граждане, заголодочек. Потому что уровень глюкозы в крови очень сильно действует на психическое состояние. Низкий уровень глюкозы, граждане, вызывает раздражительность, слабость и депрессивное переживание. Ну, интересно. Поэтому так важно, что Фрейд вот эту телесность внес в свою теорию личности, говоря о том, что телесные потребности важны и вызывают разнообразные психологические явления. Ну, помимо этого, в структуре личности психодинамической присутствует супер-эго. Это такая структура, которая наполнена ценностями, смыслами, оценками, запретами, разрешениями, которая определяет, какие желания или потребности могут быть реализованы, какие не могут быть реализованы, в какой форме могут быть реализованы. И сознательная часть человеческой личности – это такая несчастная часть человека, которая занята приспособлением к реальности и урегулированием конфликтов между супер-эгой и гидро. Другие психологи описывают структуру человеческой личности как нечто иначе. Вот, например, у Карла Роджерса у него таким центральным элементом структуры является образ «я». А также у него имеются многочисленные... Я даже не знаю, как это назвать. Ну, такие какие-то неизвестные никому гомункулюсы, которые живут внутри и что-то там делают. Вот, например, есть гомункулюс, который называется «креперцепция». Хитрая такая штука, которая самолично выбирает, что вы будете осознавать, а что вы осознавать не будете. Нет, такие гомункулюсы, они есть во многих теориях личности. Они, эти гомункулюсы, могут делать разные вещи. При этом, как правило, их наличие просто вот так вот никак не объясняется, а просто постулируется. Вот он там есть. Вот он там есть, вот такую работу выполняет. Это люди так устроены. Вот, например, там же у Роджерса есть еще гомункулюс, который называется «стремление к самореализации». Есть тоже гомункулюс. Вот есть там внутри такой, вот существо такое. Называется «стремление к самореализации». Вот оно все время вас куда-то подталкивает, все время что-то от вас хочет, и вы следом, значит, за этим стремлением к самореализации куда-то движетесь. Откуда оно там взялось? Неизвестно. Сказано «это так устроено». Вот мы, люди, так устроены. У нас там внутри есть стремление к самореализации, и у нас там есть перецепция. Все, вопрос закрыт. Больше никаких юристов. Вот, скажем, у когнитивистов у них структура по-другому. У них вот какая-то биологическая часть, она в общем была неинтересна, им про нее было не надо, зато там были многочисленные когнитивные конструкты. Такие конструкты, такие конструкты когнитивные. То есть какие-то, я даже не знаю, как это назвать, потому что для меня конструкты, как они когнитивисты их описывают, они являются очень составными, потому что они включают в себя и мотивацию, и осознание, и какие-то переработанные элементы прошлого опыта. Ну нет, у них конструкты имеют иерархию, этих конструктов имеются какие-то ценности, этих конструктов относительно друг друга, и все это как-то работает. То есть вот на самом деле метафоры, в которых думают создатели теории, они у всех разные. И наша склонность выбирать для себя какую-то понятную теорию, она в общем, как мне кажется, определяется как раз тем, в каких метафорах склонно думать мы сами. То есть вот в каком языке мы разговариваем сами с собой, в каком языке мы понимаем и осмысляем свой опыт. Потому что этот язык у каждого из нас разный. Вот я, например, думаю про какие-то конструкции. Вот для меня человек, он как-то так устроен, у него есть какая-то внутренняя конструкция, И в этой конструкции там много всего. И есть какие-то узлы силы, узлы напряжения. А вот Лена Ключевьевская, она говорит про мелодию. А кто-то наверняка видит какие-то, я не знаю, может, цветовые пятна, может, какие-то картины. И, на мой взгляд, в нашей повседневной работе очень важно для самого себя понимать, как я думаю, потому что именно от этого зависит то, с какой теорией мне будет проще работать. Очень интересным в каждой теории Личности является вопрос о мотивации. Все знают иерархию потребностей Маслова. Вот там сначала идут базовые потребности, физические, потом безопасность, потом привязанность, потом что у нас там идет? Нет, там самое уважение, достижение, и сверху самореализация. Я наизусть вам не скажу, что там. И сверху там самореализация. Такая у нас пирамида потребностей. И вот у Рожерса тоже самореализация такая очень важная потребность. А у Фрейда у него про самореализацию ничего нет. У него как-то вот потребности, они такие базовые только. Описаны мотивацией вся и имеет исключительно телесный характер. То есть она вся имеет биологическое происхождение, а все остальное это такая давящая социальная настройка. Довольно часто, как у Рожерса, например, мотивация является некоторой такой данностью, потому что это так устроено. Вот есть потребность самореализации. Все, вопрос закрыт. Откуда взялась, никому не известно. Но есть она такая. Вот человек, он должен самореализовываться. Если не самореализуется, значит живет очень плохо. Каждая теория личности должна включать в себя часть про развитие. То есть каким образом это все образуется. Это тоже очень интересно, потому что если про развитие, то мы все, наблюдая за развитием детей, видим одни и те же вещи. То есть вот сначала дети такие, потом такие, потом предыкие. И мы наблюдаем некоторые явления, которые всегда повторяются. Вот, например, в возрасте примерно 11-13 месяцев все дети, которые были у меня в доме, испытывали непреодолимый интерес к кастрюлям и крышкам. То есть вот внук мой, например, он каждое утро просыпался, вылезал из кровати, шел на кухню, открывал шкаф с кастрюлями, ящик с крышками и примерял крышки к кастрюлям. Сначала просто по размеру подбирал, потом стал подбирать по цвету. Вот, например, к красной кастрюле красную крышку, а к синей кастрюле синюю крышку. Потом где-то вот когда ему было месяцев 13-14 он утратил интерес к примерению крышек к кастрюлям и занимался уже чем-то другим. И дети мои тоже в этом возрасте делали примерно то же самое. Тоже туда-находили на кухню и примеряли крышечки к кастрюлям. Если здесь есть радиокоторых, вот дети уже вышли из этого возраста, то они наверняка помнят, что их дети тоже делали что-то похожее. А скажем, в возрасте около двух лет они вам четко и решительно говорят «нет» на все ваши предложения. Ты говоришь человеку «давай наденем колготки», а он так решительно говорит «нет». Вы говорите «ну надо же колготки надеть, мы с тобой в магазин сейчас пойдем, йогурты тебе купим». Ну, вроде как, да, в магазин-то человек пошел. Ну, говорю «давай колготки наденем». «Нет», говорит. «Нет». Или в каком-то возрасте они все говорят «я сам». Вот умри на месте. Но человек только сам. При этом, конечно же, левый ботинок надевается на правую ногу, правый ботинок на левую ногу и переобуть их никак невозможно, потому что вот человек только сам это будет делать. А скажем, в возрасте примерно лет пяти всякие юноши высказывают желание жениться на маме, а девушек, например, желают замуж за папу. А в возрасте примерно четырнадцати лет они начинают хамить на ровном месте и всяко-разно исполнять номера типа «что же вы, предки, такие тупые?». В возрасте пятидесяти лет люди часто рассказывают о том, что жизнь не удалась и что ее надо срочно поменять. И смысла в этой жизни как-то немного. А в возрасте сорока пяти они рассказывают о том, что, в общем, смерть близка, жизнь кончена и так далее. Ну, правда же? Правда. Правда. Ну вот всякая теория личности, да, она должна объяснять странные явления. И объясняют очень по-разному. Вот, например, Фрейд для объяснения, почему же девушки собираются в пять лет замуж за папу, а юноши собираются жениться на маме, он привлек миф об Эдипе. И очень красиво, подробно, с чувством, практически с причавкиванием, рассказывает о том, что мальчик желает папу убить и жениться на маме. И это все такое сексуальное. И, в общем, за это его в свое время очень ненавидели. И говорили, что он развратный человек, если он думает, что такие чистые существа, как дети, могут испытывать сексуальное желание. А советская психология тем же самым явлением объясняет иначе. И я, как человек, выросший, воспитанный в советской психологической школе, склонна скорее согласиться с советской психологической школой. Но советская психологическая школа полагает, что все эти явления связаны с освоением социальных ролей. Ну, как вы, граждане, согласны? Вот смотрите. Они в этом возрасте, вот они в возрасте двух-трех лет, у них игра предметная, они осваивают функции предметов. Да они осваивают функции. Машинкой надо возить, и машинкой надо бибикать. Вот ложкой надо мешать или есть. В кастрюльке надо варить. То есть это возраст освоения функций предметов. Когда им пять лет, шесть лет, они осваивают социальные роли. Они играют в доктора, в школу, в трамвай, в повара, в семью. Все в детстве играли в дочки матери? Все в дочки матери играли? В дочки матери я себе играл. В дочки матери играли. Играли либо в папу, либо в сыночка. Ну, бывал и такое. Но это лучше, но реже. Ну, кто там папа, кто там папа. Там как-то вот этот вопрос, что это муж, обычно вот я мама, а ты папа. Потому что я жена, а ты муж, это там как-то слабо звучит обычно. То есть, граждане, это что? Вот есть какие-то социальные модели. И они точно так же в игре осваиваются. Кто что делает. Вот роли, да? Есть роли. Роль мамы. Она что делает? Она ходит в магазин. И там она покупает. Там в магазине есть продавец. Продавец продает. Дома мама варит, стирает, делает что-то еще. И папа, он ходит на работу, смотрит футбол. Там водит машину, возит всех к бабушке на дачу. То есть, у всех людей есть социальные роли. Они, граждане, их осваивают в своем мире. В это надо играть. Потому что освоение происходит через игру. Животные тоже играют. И в игре они тоже осваивают некоторые действия. Все видели, как котенок убивает насмерть собаку. Он из-под дивана летит собаке на грудь и цепляется в нее, как лев буйвола. Это игра. В ней отрабатываются поведленческие программы. Нет, кошка так никогда не охотится взрослой. У нее нет такой добычи. Но наследственная программа есть. Она используется в игре. И люди тоже осваивают жизнь в игре. Какие роли человеку знакомы лучше, чем роль мамы и папы? В раннем возрасте. В раннем возрасте никаких других. Именно с мамой и папой ребенок проводит больше всего времени в своей жизни. Пока его в сад не отдадут владельцу. И он все знает про то, кто что говорит, кто что дома делает. И осваивает это все в игре. И осваивает все в игре. И глядя на все на это, он примеряет эти роли на себя. Вот, например, роль папы. А на ком папа женат? На маме папа женат. И, конечно же, раз он примеряет на себя роль папы, так и он женится на маме. Тем более, что мама действительно в его жизни самая важная и любимая женщина. Нет, он, конечно, может маме изменить с Веркей из своей группы в садике. Потому что Верка необыкновенно хороша. И вполне он может захотеть жениться на Веркей. В общем, вчера он на маме собирался жениться, сегодня он на Веркей готов жен Сифоанализу я блекать какой-то смысл только после того, как я догадалась, что сексуальность, о которой говорит Фрейд, и сексуальность, о которой думаю я, это сильно разные вещи. Потому что я думаю про сексуальность в узком смысле этого слова. А Фрейд говорит о сексуальности очень общо. Для него всякое желание сексуально, то есть всякое хотение, чего угодно, оно опирается на ту биологическую силу, которая вообще нами ближе. И эту биологическую силу он назвал сексуальностью. Просто-напросто. То есть мы с ним, произнося это слово, говорим о разных вещах. После этого мне стало значительно проще читать его книги. Мне стало гораздо понятнее, что в них написано. То есть как только я поняла, что это про разное, то, что у меня в голове и то, что у него в голове, стало возможно читать то, что у него написано. Более того, когда я читаю какие-то другие книги, я поняла, что для меня, например, очень важно, как сейчас у меня по теории личности, про чтение книг. Для меня очень нужно сначала привыкнуть к словам, которые в книге написаны. Потому что пока я не привыкла к этим словам, я просто не понимаю, чего там написано. Я Кофту читала. Есть ли кто-нибудь, который Кофту читали или пробовали? Граждане, это же страшно. Это правда страшно. Там правда написаны такие слова, у которых я узнаю только окончание. А мне надо было без обезьянина читать Кофту. Я подозревала, что там написано то, что мне нужно. У меня были трудности с клиентом, я подозревала, что в этой книжке написано то, что мне надо. И тогда 60 страниц я просто читала. Я не пыталась понять, что там написано, я просто привыкала к сочетанию звуков. Я там читала 60 страниц, и там слова стали узнаваемыми. Не в том смысле, что я поняла, что они значат. Они уже встречались. Я уже не должна была их читать побуквенно. Я их уже узнавала, когда глаз на них натыкался. Я узнавала их вслух, я могла его читать быстрее. После того, как я привыкла за 60 страниц, я вернулась обратно и дальше я уже читала. Уже там взор мой не цеплялся, я могла читать более плавно. И к концу книги я уже даже примерно понимала, что там написано. И даже у меня осталось какое-то впечатление о книжке и какие-то очень общие соображения про то, что я могу сделать со знаниями, которые поселились у меня в голове после этого прочтения. Я полагаю, что серьезные сложности с чтением литературы проистекают от того, что есть внутренняя убежденность, что надо прочитать, запомнить и начать этим пользоваться. Я думаю, что чтение психологической литературы имеет другой смысл. Надо прочитать, но так, чтобы в трех предложениях можно было сказать о чем это. И потом, если когда-нибудь встретится клиент про это, знать, что в этой книжке это написано. И вот так я отношусь ко всем теориям личности. Потому что клиенты приходят настолько разные, что к ним невозможно подойти с одной меркой. И, граждане, самое главное, с каждым из них надо разговаривать на другом языке. Потому что, конечно, когда я учусь читать в подходе на психотерапевтов, я испытываю непреодолимое желание сказать клиенту, что это его проекция. А потом сказать ему, что это у него интроект. Еще лучше сказать ему, что он все время дефлексирует. Или у него в данный момент приступ эготизма. Но для того, чтобы клиент нас понимал, необходимо сначала долго объяснять ему, что означают эти волшебные слова. И какую пользу ему принесет, если он начнет пользоваться этими словами. Поэтому, для того, чтобы не обучать клиента специально читать языком, надо уметь разговаривать с клиентом на его языке. И когда вы читаете разные книжки, вы тренируетесь понимать, чего написано на иностранном языке, на языке автора книги. И когда вы читаете, вы это переводите на свой язык. Вы это как-то понимаете, и оно в каком-то виде остается у вас в голове. У Ротжерса, по-моему, есть такое понятие, концептуализация опыта. Очень умное понятие. Я в Египетской литературе провела значительно больше, чем на Ротжерсе. Поэтому так сложилось. Но вот эту формулировку про концептуализацию опыта я очень люблю. Что это вообще означает эти страшные слова? Вот мы как-то живем, что-то мы переживаем. И каким-то образом мы это пережитое обрабатываем. Мы как-то его понимаем, осознаем, называем словами. И превращаем внутри себя в какие-то чертовозные концепции, в какое-то понимание. Мы все это всегда делаем. И у каждого из нас в голове имеются какие-то такие бытового характера теории про жизнь, которыми мы неизменно пользуемся. Вот это и есть она самая концептуализация опыта. А если, скажем, мы перейдем в какую-то другую теорию, вот, например, гештальт, то вместо этих волшебных слов мы будем говорить о способах нарушения контакта или о способах построения контакта. Нет, граждане, опять все то же самое. Это одна и та же реальность, которую мы просто называем разными словами в зависимости от той теории, в которой мы привыкли думать. Чем большее количество теорий мы пролистали, посмотрели и с которыми ознакомились, тем большее количество объяснений в голове у нас есть. И все они нам пригождаются. Потому что вот, к примеру, сказать, пяжа, который так травмировался давно душевно, продолжает травмировать себя душевно, он исследовал детское мышление очень подробно и описал большое количество феноменов, касающихся того, какие этапы проходит детское мышление, как развивается детская речь, какие этапы развития понятий и так далее. И, к примеру, я, которая читала в свое время пяжа, поскольку было велено, монографию было велено прочитать, я прочитала, я с искренним недоумением отношусь, например, к нашей школьной системе, которая зачем-то начинает обучать первоклассников в 6 лет, в то время, когда в соответствии со следованиями Жанны Пяжа у них еще не сформированы понятия постоянства количества, постоянства массы, и еще чего-то, и еще чего-то, и еще чего-то. Когда я даже найду, я вам подробно расскажу, когда специально снова книжку прочитаю. Вот эти все вещи, они у детей формируются к 7 годам. Вот представьте себе, к 7 годам, не к 5 годам, не к 6 годам, к 7 годам у большинства детей формируются понятия постоянства количества, постоянства массы, еще чего-то, и, по-моему, к 9 годам постоянство еще чего-то у них формируется. Это есть такая неизменная вещь. Граждане, это правда. Это правда. Вот у кого дома, например, есть дети 5 лет, проведите простой и незамысловатый эксперимент. Берете 5 блюдечек и 5 чашечек, ставите чашечки на блюдечке и спрашиваете, одинаковое количество чашечек и блюдечек? И они вам честно говорят, да. После чего вы снимаете чашечки с блюдечек и ставите блюдечки в стопочку, а чашечки оставляете стоять просто так. И спрашиваете, а сейчас так одинаково? А вам честно говорят, нет, чашечек больше. Значит, независимо от того, умеет ваш ребенок в этом возрасте считать, не умеет ребенок в этом возрасте считать, если он не особо продвинутый гениальный, а такой обыкновенный ребенок, он этот номер исполняет обязательно. То есть это есть некое закономерность развития, которое мы наблюдаем всегда. И эти закономерности развития описываются в разных теориях по-разному. Им, граждане, приписываются разные причины. Вот верьте мне, в разных теориях одним и тем же явлением приписываются разные причины. Вот я вам только что рассказывала про эдипов комплекс и о сводении социальных родителей. Явление одно и то же. Желает он жениться на маме. Причины, по которым он желает жениться на маме, разные. Я полагаю, потому что мама самая знакомая и любимая его женщина. А всякий мужчина должен жениться. Поэтому, конечно же, он должен жениться на маме. А вот с точки зрения Фрейда он должен на ней жениться, потому что желает убить отца и сексуально обладать матерью. Как всякий тип. Чего? Перерыв?

Приглашаю присоединиться к моему каналу «Заметки группового терапевта» в Телеграм или MAX

Получить мою
консультацию