Гештальт-лекторий

Лекция из Гештальт-Лектория:

42. Погодин Игорь. Гештальт-терапия глазами практикующего психотерапевта. Лекция 5.

О тексте

Данный текст является «сырой» транскрибированной версией данного аудио. Создан с использованием автоматизированных инструментов расшифровки, поэтому возможны неточности и ошибки. Текст предназначен исключительно для общего ознакомления с содержанием аудиозаписи и не заменяет оригинальное выступление. Обработанную с помощью ИИ лекцию вы можете прочитать по ссылке

42. Погодин Игорь. Гештальт-терапия глазами практикующего психотерапевта. Лекция 5.

Ну что ж, давайте продолжим. Мне кажется, что диктофонов становится с каждым днем все больше и больше. А? Я не слышу? Размножается. Да-да, размножается. Ну что ж, прежде чем мы начнем, есть ли у вас какие-то вопросы? Все ли из того, что я рассказываю, ласкает ваш слух? Или нет? Не все. Прекрасно, если вы будете не соглашаться с тезисами лекции. Прекрасно, если вы будете не сразу придавать своей идее, ценности, убеждения относительно жизни, отношения с людьми в профессии, к которой вы привыкли. А просто рассмотрите, как это еще один взгляд еще одного странного человека. Хотя вчерашняя лекция должна была быть помягче. Да? Кроме начала. А, я понял. Хорошо. Тогда, пожалуй, я продолжу этот мягкий способ чтения лекции. Оставлю в нем содержание более удобоваримое. А если останется время, к концу лучше все равно расставаться. Может быть, какие-то тезисы, с которыми не всегда можно согласиться. Ну что же, мы, кажется, вчера говорили о чувствах. Правда? О чувствах говорили прекрасно. И говорили о, кажется, ярости, злости, ужасе, страхе, тревоге, раздражении, стыде. Закончили со стыдом, да? Закончили со стыдом. И ушли со стыдом. Это прекрасно. Вот, может быть, относительно стыда я так сделал вчера несколько ремарок. Но вот, может быть, стоило бы сказать еще кое о чем. Вот когда мы говорили о перфекционизме, одна очень важная вещь, которая с перфекционизмом связана, это очень большой страх, условно, я кавычу это слово, конечно, мы о стыде сейчас говорим, сделать ошибку. Вот, как правило, люди с токсическим стыдом не имеют права на ошибку. Потому что если они делают ошибку, то это катастрофа. Что ошибка не поправима. Поскольку токсический стыд является производным от смешения, признания любви, то если я делаю ошибку, то тогда в моей модели мира я не могу претендовать на любовь. Я оказываюсь ненужным людям. И жизнь моя разрушается практически. Поэтому, как правило, люди, которые ловят себя на том или ином сильном ощущении стыда, с опаской относятся к перспективе совершить ошибку. Именно по этой причине в терапии токсического стыда очень полезно делать ошибки. И даже терапевту делать ошибки и признавать их. Делать ляпы и говорить, ох, как оказалось там. Просить прощения тоже очень важно. Ну, что-то сделал, какую-то глупость, всегда же можно просить прощения. Вот о вине дальше будем говорить. Для нее это больше характерно. В данном случае про прощение говорю как способ обратиться с ошибкой. Которую вы воспринимаете как ошибку. Хотя жизнь богаче наших планов. И то, что мы иногда думаем является ошибкой, на поверку оказалось, может быть, самым мудрым решением. И в терапии так бывает. Мне вообще иногда кажется, что терапию в наш нарциссический век развивают ошибки терапевта. Признанные ошибки терапевта. Потому что на самом деле самое худшее, что можем сделать, это вот 30-40 лет совершать одни и те же ошибки и называть это богатым терапевтическим опытом. А такое случается сплошь и рядом. Поэтому признание своих ошибок очень целебно. Иметь право на ошибки. Кажется, у Винникота есть прекрасная фраза. Он говорит о том, я делаю интерпретации, преследую две цели. Чтобы показать клиенту, что я бодрствую. И чтобы показать клиенту, что я тоже могу ошибаться. Я думаю, это великий аналитик. Очень хорошая с этой идеей для гештальтерапии. Следующая идея, про которую важно сказать, относительно токсического стыда. Помните, мы говорили об образе. Что у человека не очень стабильный образ в себя. И, пожалуй, некоторое ощущение, какой я и какой окружающий мир, формирует большую или меньшую мою стабильность в жизни. А вот, как правило, люди, которые сталкиваются с токсическим стыдом, они очень жаждут признания. Вот признание в наш стремительный век. Это такая очень целебная штука относительно стыда токсического. О, а я забыл сказать. А телефоны отключите. А я же тоже не отключу. Я тоже сделаю то же самое. И мы не будем мешать процессу лекции. Проблема стыда заключается в том, что признание и любовь смешиваются. Превращаются как будто бы в одно и то же. И тогда признание становится вроде путем к получению любви. А так получить любовь оказывается совершенно невозможно. И наоборот. Любовь как будто бы используема для получения признания. Также не работает совершенно. А еще одна важная вещь в следующем заключается. В случае токсического стыда, как правило, нет внутри ощущения, какой я. Поэтому когда я получаю признание, ассимилировать это признание оказывается некуда. Вот не знаю, сталкивались в своей жизни, что там с клиентами, со своими, или в своей жизни, если у вас есть какие-то убеждения, но относительно себя, например. Ну, как правило, когда мы говорим о стыде, речь идет о некотором аспекте, ну, таком, ничтожном я. Что я не очень горжусь, что не очень подхожу, что не очень там как-то, ну как, со свиным рылом в калашный ряд. Вот. И если человек в этот момент сталкивается с признанием, ну, например, ему говорят, ты красив, ты умён, ты талантлив, и так далее, и так далее. Что происходит? Чаще всего это нечто, ну, как попадает внутрь меня, но долго не задерживается. Поскольку некуда попасть, негде ассимилироваться этому. И поэтому, как правило, люди с токсическим стыдом принципиально ненасыщаемы. Можно говорить сколько угодно, что ты красивое, ты талантливый, способный, например. Но это как в той истории про лошадь барона Мюнхгаузена, которая оторвала ползадницы. Она пила-пила, а не напивалась, потому что водичка выливалась снова. Но также и с признанием. Мы очень хотим признания, а получаем его и обратиться с ним никак не можем. Помните, по какой причине? Потому что это признание угроза моему образу. Да, противному, мерзкому, конечно, но более-менее стабильному. Если уж я решил, что я отвратительный, что жаба, но в этом хоть как-то жить можно. Потому что если получаю обратное, то, в общем, теперь нужно все-все как-то перестраивать. Но понятно, что то, о чем мы сейчас говорим, имеет по большей части не очень осознаваемую природу. Это понятно. Еще одна важная вещь. Исходя из всего, про что я сейчас описал, связанное со стыдом, она предполагает, относится к пафосу некоторому. Как правило, люди, которые обратятся за терапией в ситуации токсического стыда, разумеется, стыда не осознавая, обратятся с задачкой, ну что ли, самосовершенствования. Предпочитаю, скажут, я хочу стать более совершенным. Может быть, не такими словами скажут, я хочу стать, не знаю, более чувствительным, хочу избавиться от проблем, хочу, чтобы меня любили люди. Хочу стать совершенным аппаратом по осуществлению жизни. Может быть, последнее. Не скажут, но их текст будет сводиться в это. И, как правило, в такого рода заявок довольно много пафоса. К вопросу о вчерашнем начале по поводу психотерапии. Мне кажется, одной из самых важных ситуаций в терапии и в жизни заключается в том, что за этим пафосом кроется большой страх жить. И в этом смысле очень важно конфронтировать с пафосом. По какой причине? Потому что на самом деле образ себя, который вот такой, очень шаткий в отношениях с другими людьми, лежащий в основе токсического стыда, может сформироваться и стать более устойчивым. Только где? В контакте, совершенно точно. Только в отношениях, в близких отношениях. А именно этот токсический стыд разрушает контакт. Получается порочный круг. Прыщи на лице нет мужиков. Нет мужиков, прыщи на лице. Вот так же и здесь. Не вступаю в отношения с другими людьми. Не знаю, кто я. Не знаю, кто я. Боюсь вступить в отношения с другими людьми, потому что боюсь столкнуться с сильным стыдом. И вот такой порочный круг. И поэтому сложность терапии токсического стыда заключается в том, что попытки строить отношения с этим людьми будете сталкиваться с большой агрессией. Потому что вы угрожаете всему их укладу жизни. И они будут вас призывать к ответственности. Говорят, вы же И так далее, и так далее, и так далее. Другое обладает чем-то, чем хочу обладать я. Вот всегда в основе зависти лежит желание. Я тоже хочу. Как мы дальше убедимся, не всегда хочу столько денег. Не всегда хочу столько славы, признания, успеха, любви и так далее. Но желание там есть всегда. Это понятно? Вот. И пожалуй, чувство зависти одно из самых репрессируемых современной культуры. Ну не только современной, мне кажется. По крайней мере последние какие-то тысячи лет точно. Чувство, что завидовать, это как-то грязно. Вот как-то, ну неправильно, отвратительно. Человек, который завидует, он какой-то вот, ну какой-то, от которого хочется избавиться как-то. Вот. И поэтому лучше всего в своей зависти не признаваться. Поэтому, может быть, я сейчас мог описать несколько наиболее типичных способов обращаться с завистью. Как ремарка, я бы сказал здесь вот о чем. Что я рассматриваю эти способы как эволюция обращения с завистью. Вот. В некотором смысле эволюционная терапия зависти. Я потом поясню, что я имею в виду. Итак, первый способ. Первый способ обращения с завистью заключается в ее игнорировании. Самый радикальный способ. Мне кажется, относительно любых чувств, самый радикальный способ это их игнорирование. Самый патологичный на самом деле. Вот. И в случае зависти, вот представьте, если огромный объем желания должен быть похоронен, то на это должно быть потрачено очень много сил человек. И как правило, игнорирование зависти приводит к истощению, апатии. Вот. Довольно часто депрессии. Хотя не так сильно, как в случае, например, подавленной ярости или вины. Вот. Ну, например, ну нарциссические депрессии как раз устроены именно таким образом. По воле счастья ввиду подавления зависти. Вот. Ну такой, снижается работоспособность. Вот. Или формируется какой-нибудь симптом. Что вот тоже, работоспособность человека может остаться прежней, но за счет появления симптома, который нагрузку на себя вполне возьмет. Мигрень, например, очень хорошо годится для этого дела. И человек себя, как правило, описывает, человек, который никому никогда не завидовал. У меня, помню, одна клиентка была, которая, когда она пришла ко мне, рассказывала о своих сложных отношениях с мужем и детьми. А когда я просил ее рассказать о себе немножко, она практически первое, что сказала, она говорит, я никогда никому не завидовал. Произнесла с гордостью это большой. Ее истощение было до предела, когда она пришла ко мне на терапию. Она никогда никому не завидовала. Но у нее была жуткая мигрень, на которую, собственно, жаловалась многие-многие годы. Ну, я не буду описывать процесс терапии, но самое интересное, что в нем происходило, это когда, освободившись и признав, наконец, то, что она все же завидует довольно многим людям в своей жизни, она начала получать большое удовольствие от этого. Как только начала большое удовольствие от этого, вдруг через два месяца она говорит, слушайте, а у меня же два месяца не было мигрени. Прикольно. Это первый способ. Игнорирование зависти. Второй способ. Самый популярный. Он, как правило, избавляет от этого груза зависти лучше, чем все остальные. Вот. Этот способ, вот знаете, как... Ну, маленькие дети, вот если верить таким, значит, вот кого возьмем, у Клейна, например, очень хорошо это описано. Значит, когда дети, обращаясь со своей завистью, значит, своими фекалиями обмазывают, значит, стены, пол, только что отремонтированные родителям квартирки. Вот. И пускает как-то сильно. Так вот, самый популярный способ обращения с завистью, он заключается в следующем. Что можно, к примеру, обесценить этот предмет зависти. Ну, и, соответственно, объект зависти тоже вот прекрасно обесценить. Ну, например, можно сказать, что такой недостойный человек, как Василий Петрович, не может обладать тем, чем он обладает. Это вот такое несчастное стечение обстоятельств. Вот. Или, например, в психологическом сообществе очень прикольную штуку выпускает, например, кто-то новую книгу. Обязательно же нужно сказать, боже, такого говна в жизни мы никогда не видели. Как можно было такое написать? И так далее, и так далее. Но лучше всего все же работает, если обесценивается не вот этот предмет зависти, а сам человек, которому завидует. Вот тогда попускает сильно. По какой причине? Потому что довольно трудно обесценить желание, которое есть внутри. Хотя вот если вспомнить, соответственно, Изопа. Изоп, кажется, да? Лиса виноград. Нет, не он. Лиса француз. Лиса виноград. Нет, нет, нет, нет. Лафантен. Спасибо большое. Лиса и виноград. Виноград-то зелен. Вот по этому принципу с завистью очень хорошо справляться. Не больно-то и хотелось, говорите вы. И гордо удаляетесь. Вот. Обесцененный продукт, предмет и объект зависти сильно попускает как-то. А силу желания вы тратите на то, чтобы бросить немножко... Так. Я помню всегда в ваших нежных ушах. Бросить немножко грязи в, соответственно, в человека и вообще это все поле, которое насыщено завистью. Вот. Возбуждение тратится прекрасно, попускает и очень хорошо. Один из самых эффективных способ обрашения завистью, но счастье не прибавляет. И жизнь не восстанавливает. Витальные процессы по-прежнему подавлены. Вот. Как правило, эти люди тоже обращаются с множественными симптомами. Как правило, психологического свойства симптомы. Вот. Третий способ. Вот он уже такой, мне кажется, эволюционно были зрелые. Что же это за способ-то? Он заключается в следующем. Что в общем смотрите вы на человека, который обладает чем-то. Вот. Ну, например, таким же количеством... Ну, нет, таким же. Обладает деньгами. Много денег у него, например. Или там много, не знаю, успеха, славы. Или вот опять же книжку он написал интересную, например. Вот. Или, например, у него трое детей. Вот. Чему я? А можно этому завидовать трое детей, да? Можно, да? Завидовать. Вот. И вдруг человек останавливается и смотрит. И вдруг признает, да, я завидую. Вот здесь уже есть признание своей зависти. Не в первом, а в втором случае признания зависти нет. Потому что чему же завидовать? Такому идиоту разве можно завидовать? Или такой говноку, например. Тоже нельзя завидовать совершенно. А вот в этом случае я уж признаю, да, я завидую. И как-то с этим неловко. Но тут я имею мужество признаться себе. Но я же тоже этого хочу. И тогда следующая часть жизни, возможно, целых две недели, возможно, 40 лет, будут потрачены на то, чтобы поиметь то лже. И еще больше, если там есть человек, которому завидую миллион. Заработать полтора миллиона, например. И завести там, соответственно, слово это не люблю, относительно к детям звучит страшно. Вот. Завести пятерых детей, например. Да, словечко страшно. Завести мужа, завести детей. Это как-то звучит не по-людски как-то. А? Хомячка. Вот хомячка завести. Хотя слово завести, оно же тоже такой, этимология множественная. Вот. И... Но сложность-то какая заключается? Что я довольно, когда я осознаю свою зависть и замечаю, что я завидую этому человеку, потому что у него есть это. Это совершенная правда. Но дальше можно сделать радикальную ошибку. Подумать, что я хочу этого же. На самом деле в зависти лежит желание. Это правда. Но никто не говорил, что то же самое желание. Но по примеру, я очень легко могу взять некоторую кальку с этого человека и его способы жить. Сложность заключается только в том, что спустя две недели или, не дай бог, 40 лет, я пойму, что жил совершенно зря. Что эти две недели или 40 лет жизни я прожил совершенно зря, потому что мне этого не надо. Помните тогда, как с елочными игрушками, которых подделывать начали. Беру игрушку, смотрю, а радости нет. Также бывает с книгой, с званием академика наук и так далее, и так далее, и так далее. Потратил всю свою жизнь, а понял, что все зря. Все зря. И четвертый способ. Он такой способ мудрых людей. А, третий способ выносят ущерб, и вы, ну, этот самый, ну, причинитель ущерба. На самом деле это может быть только фантазия, но тем не менее сильное чувство вины возникает в этом месте. И здесь бы я тоже развел вину на два типа, что ли. Один тип – это вина, условно говоря, творческая, то есть она оправданная, обоснованная. А вторая вина – токсическая. Вот об этом, об одной и другой вине сейчас поговорим. Творческая вина – это такое вполне… Это одно из первых социальных чувств таких, которые появляются у человека. И оно, правда, вот маркирует то, что какой-то ущерб уже нанесен. И наша культура, вот в отличие от стыда, придумала массу способов, как с виной справляться. Ну, например, покаяться, попросить прощения, сходить на исповедь. И, в общем, грехи отпустят. Можно сказать, прости меня, Христа ради. А вам ответят, прощаю. Или, например, Бог простит. И как-то попускает немножко. Если вина оправданная. То есть ее больше ничего не подпитывает. Нету никаких ожиданий со стороны дополнительных. То есть я нанес ущерб, покаялся, и, соответственно, меня отпустил. Хотя, как показывают, кстати, вот опыт и данные на многочисленных исследований, то лучший способ справиться с виной, вот когда попускает, ну и, соответственно, обидой, которая очень часто комплементарна вине, это как раз не прощение, а месть. Такая прикольная штука, что гораздо быстрее попускает человек, который испытывает обиду, когда он мстит. И с виной то же самое. Что когда мне отомстили, попускает сильно. Ну, конечно, здесь стоит говорить о способах мести. Может быть, они могут быть не соответствующими. Ну, как наказание, а преступление. Но тем не менее, прикольная такая вещь. Многочисленные исследования об этом говорят. Вот даже, например, в семейной терапии тоже известны такие вещи. Ну, например, если там жена или муж сталкиваются с предательством, ну, не знаю, там, сексуальной изменой, или, например, предательством некоторых, не знаю, ожиданий, ценностей со стороны другого партнера, который есть. А вот оказывается, что гораздо более удачным прогностическим признаком как раз будет, если пострадавший партнер найдет какой-то адекватный способ отомстить. И тогда семья более-менее стабилизируется гораздо быстрее. Ну, потому что наша эпоха, эпоха, говорю, культура в наше время, не очень предполагает смирение. Поэтому прощать чудовищно трудно. И в этом смысле мудрых людей в наше время становится все меньше. А потому что мудрить некогда, мы бежим все время куда-то. Потому что мудрость приходит жизнью, а жить мы не хотим. Мне кажется, что современный век – это эксперименты с разными способами бегства от жизни, я уже говорил. Вот, поэтому почему-то прощение как-то не сильно распространено, если распространено, то не сильно помогает. Вот, это вина такая обоснованная, да? То есть с ней, в общем, можно как-то обращаться. Вот, индульгенцию можно было купить раньше. Совсем попустило. И делай, что хочешь. Вот. Вторая вина, что ли, вот, она такая токсическая. Как правило, у нее такая множественная природа. Вот один из аспектов вины – это инверсия агрессии. В депрессии мы часто сталкиваемся с инверсивной агрессией на виде вины. Вот, когда не в силах выразить свою ярость или злость близким людям, вот, я чувствую себя хронически виноватым перед ними. На этом строится на созависимые отношения очень многие депрессии. Вот. А выход из депрессии, ну, как правило, восстановление витальности агрессии. А, собственно, если все время оберегать других людей, то, в общем, можно очень долгое время с этим как-то бороться. Вот. Токсическая вина очень часто, второй вот аспект всего этого, основана на ожиданиях. Ну, два человека, которые вступают в отношения, все равно терапевт, клиент, муж и жена, родители, дети, партнеры по бизнесу, просто там, не знаю, два человека, встретившись, друзья и так далее. Для того, чтобы отношения функционировали, так или иначе, важен договор. Договор – это что значит? Это значит, что каких ценностей придерживается тот или иной участник этого контакта, этой пары, например, или там, системы целой. Вот. И ожидания участников контакта друг от друга. Вот. Санкции за нарушение этого контракта и так далее. У каждой системы есть свой договор, хотите вы того или нет. Вот. Поэтому очень часто, да, что можно здесь делать-то? Чем больше пунктов договора осознаваемых, тем меньше вреда. А вина заключается в том, что большинство пунктов договора в некоторых системах не проговорено. И тогда люди чего делают? Ну, например, если там у одного есть ожидание, что этот второй должен выносить мусор, и это ожидание не проговорено. Или, например, есть ожидание, что выходные должны проводить вместе, например, у жены по отношению к мужу или у мужа по отношению к жене. Все равно. Но это ожидание не проговорено. И таких ожиданий, как вы знаете, ой, масса, таких пунктов контракта просто бесчисленное множество. И тогда что происходит? Тогда, собственно, начинаются выходные, вы живете по своим планам. Вот. Что происходит дальше? Да, а у мамы может быть, например, ожидание от ребенка, что он никогда не женится. Ну, потому что мама мужа, как называется, мужа, вот, из своей жизни выгнала уже давно, а сын это воспитывала для его замены, уже последние 50 лет воспитывает. Вот. И, в общем, пункт договора о том, что он должен все время оставаться с ней рядом. Вот. Одна из таких, ну, забавных историй, значит, с 50-летним мужчиной, который, значит, пришел на терапию в ситуации, когда вдруг начал осознавать, что его вина может быть не очень оправданной. История, значит, заключалась в следующем. В 50 лет он, наконец, решил снова жениться. К слову говоря, он никогда не был женат, он просто все время собирался. Это как «Опять хочу в Париж». Вот. Значит, он встретил милую женщину, влюбился в нее, вот, пришел и маме сказал. Вот. А дальше начинается танец. Танец двух чувств. Любая созависимая система основана на этом танце. Обида-вина. Вот. Что происходит дальше? Он говорит маме. Мама говорит, о, как я за тебя рада. И у нее случается сердечный приступ. Ну, для маскировки он случается через два часа после этого события радостного, которое она услышала. Она попадает в больницу. Она не осознает, как вы понимаете, совершенно своей обиды. Совершенно. Этот мужчина, понятно, тоже не осознает своей вины. Но, в общем, он оставляет любые попытки дальше жениться. Он возвращается к маме, потому что маме нужен уход. И следующие два-три месяца он находится рядом с ней. Понятно, отношения разрушаются. И так происходит последние 20 лет его жизни. Потому что до 30 у него даже идеи не было таких. Жениться. К вопросу о предательстве. Вот. Похоже, именно эта идея в первой лекции как-то зацепила многих. Вот, идея предательства. Ну, может, поговорим еще об этом как-нибудь. Вот. Обида и вина. Поэтому одна из самых важных идей такой, ну, терапии обиды и вины заключается в том, что пункты договора стали прозрачными. Потому что только тогда можно договариваться о том, возможно ли этим ожиданиям соответствовать. Можно ли реализовать потребности, которые лежат в основании ожидания или нет. Это вот то, что касается обиды и вины. Иначе этот танец будет продолжаться все время. Как правило, он будет маскироваться различными симптомами, на которые будут жаловаться вам люди. Вот. А танец может быть, это может быть, не знаю, ребенок-шизофреник, например. Очень годится для этого. Вот. Я помню, значит, одна история, когда пришла ко мне женщина, доцент университета. Я тогда работал в психологическом центре университета лет 10 назад. И начинает мне рассказывать о том, что не знает, как быть, потому что у нее длинную историю очень рассказывать, что спился муж и ушел от нее к своей маме. Вот. И она периодически, каждый раз возвращаясь из университета, проходит мимо окон мамы. Они живут на первом этаже. Она заглядывает в окна, делает так. И идет дальше. Вот. Сын, который начал спиваться и подум Боль всегда возникает в том месте, когда появляется угроза или разрушаются ценности человека. Что-то ценное. Давайте про боль расскажу. Минут 10-15 мы можем сходить на перерывчик. Спасибо, что показываешь. Остановимся скоро. Где разрушается что-то ценное, то только тогда возникает боль. Например, если мы возьмем самый острый феномен, ситуация горе острого, то острое горе возникает всегда как утрата привязанности чего-то ценного. Если этот объект не был ценным, ситуация горя просто не будет разворачиваться. Он не будет переживаться и восприниматься как горе человека. Причем мы привыкли, что горе это реакция на утрату близкого человека. Но в общем это не так. На самом деле люди переживают горе по разным поводам. Например, впервые я увидел симптомы горя, как ни странно в терапии не человек, который потерял близкого. Все в то же время, когда работал в психологическом центре университета, декан одного из факультетов привел девушку, которая удалили матку. И то, что я видел, и то, что я прочитал в книгах, и то, что я через некоторое время увидел с своими клиентами, которые переживают утрату близкого человека, было практически идентично. Поэтому в этом смысле боль всегда связана с утратой какой-то ценности, то, что было ценное. Второй тезис, который очень важен. Боль всегда возникает в месте разрушения границы. Мои границы проламливаются, игнорируются и в одну или в другую сторону. Либо это ситуация насилия, например, когда мои границы игнорируются, и кто-то вторгается в меня. И в психологическом, и в физическом смысле. Например, изнасилование всегда связано с очень сильной болью, к которой мы, как правило, имеем доступ только после переживания стыда, как правило. Но тем не менее, боль всегда оказывается ядром. Либо, например, это может быть боль возникнуть в месте отрыва. Но когда с кем-то я был в отношениях, этот кто-то ушел. То есть тоже кровавая рана, боль возникает в том месте, когда от меня что-то отрывают. Но если я был с кем-то одним целым, и этот кто-то уходит, возникает рана. Причем чем больше связей, тем хуже. Прогностически ситуация горя от утраты человека, с которым были очень противоречивые отношения, хуже. Она переживается гораздо сильнее. Если вы потеряли очень любимого вами отца или мать, с горем справитесь скорее всего быстрее, чем если потеряли отца, с которым были близкие отношения, но наполненные ненавистью и любовью одновременно. И терапия гораздо сложнее в этом процессе. Чем больше привязывательных способов строить отношения, тем сильнее боль. Тем, соответственно, больше вкладов и усилий в терапии, связанных с переживанием боли. Понятно? Я так тезисно рассказываю, к сожалению, у меня больше нет возможности говорить об этом более подробно. Но одну из вещей еще важно сказать. Мне кажется, боль иногда выступает не самостоятельным эмоциональным феноменом, а комплексным. Другими словами, боль является довольно частой реакцией на отказ переживаний какого-то другого, как правило, сильного чувства. Ну, например, испытываете вы какое чувство? Не знаю, там, сильной нежности. Больше нежности к какому-то другому человеку. Или, не знаю, злости. Отчаяния. Любого. Источник этого чувства, который основывается на какой-то потребности, как вы выяснили вчера, все время остается. Это чувство становится все сильнее, а проявиться оно никак не может. Метафора не очень красивая, но мне кажется очень понятная. Вы хотите писать просто. Думаю, мы сейчас делаем перерыв, вы все сможете удовлетворить свою потребность. Но вы хотите писать. Но я не делаю перерыв. Я вообще говорю, что лекция закончится в 12. И спустя некоторое время вам становится все более дискомфортно. Через некоторое время еще дискомфортнее. Через некоторое время вы ощутите боль. Мочевой пузырь, говорят, вмещает очень много. Но иногда лопается. Лопается мочевой пузырь, бывает. О, бывает. Но появляется боль в какой-то момент. От того, что стенки мочевого пузыря, как правильно глагол, разрастягиваются. А? Перерастянут. О, хорошее слово, спасибо большое. Перерастянут. Точно так же происходит с психологической емкостью. Условно говоря, вы понимаете, это метафора. Емкости никакой нет. Мы процесс, вы помните, да? Так вот, при невозможности выразить какое-то чувство, оно через некоторое время трансформируется в боль. Именно поэтому в ситуации работы с острыми кризисами и с хроническими ситуациями травмы, как правило, через некоторое время вы сталкиваетесь с болью. И только когда боль попадает в такой комбайн процесса переживания, оказывается, что за этой болью скрывается масса других чувств. Печаль, отчаяние, вина, стыд и так далее, и так далее, бывает. Поэтому часто боль маркирует место, в котором мы отказываемся переживать очень сильные и важные для нас чувства. Это вот про боль. Когда буду говорить о способе обращения с чувствами, расскажу более подробно, в том числе и о боли. Просто чувств много, и, наверное, лучше одним способом рассказать о том, что такое переживание, чем отличается от просто высказывания или осознавания своих чувств. Боль. Понятно?

Приглашаю присоединиться к моему каналу «Заметки группового терапевта» в Телеграм или MAX

Получить мою
консультацию